Детки не цветка

Интересные факты о зачатии, беременности, родах и воспитании прапраукраинок.
Точнее, не факты, а целое исследование нашего партнера — платформы «Гендер в деталях" и ее автора, етнографини, кандидата исторических наук Ирины Игнатенко. Мы привыкли читать в украинской этнографии романтично идеализированные рассказы о почете материнства и многодетности, воспитание традиций древних семей. Основания для этого, отмечает Ирина, сложилось еще в XIX веке, когда украинская интеллигенция наделяла крестьянство добродетельными и высоконравственными чертами и противопоставляла их культуре элит, испорченных иностранными влияниями. Крестьян до сих пор часто идеализируют как высоконравственных, духовных, бескорыстных, настоящих и т.п., а народную культуру преподносят как казну национальных традиций и источник культурной памяти. Но не все было идиллически ни сто, ни двести, ни триста лет назад.

И в бесплодии, и в "чрезмерной" беременности, когда многочисленных детей нечем было кормить, мужчины обвиняли женщин

(Не) Винная женщина
Украинский традиционное общество выдвигало и к мужчинам, и к женщинам ряд требований, среди которых материнство / отцовство были приоритетными.Через фольклор, обычаи, мировоззренческие представления, воспитания и т.д. в голову каждому человеку с детства вкладывали эту обязательную к исполнению программу, ее же подавали как единственно правильную и нормативную: "Люди на то сходятся, нищенствуют и любят, чтобы иметь дети". Холостых (неженатых и незамужних) людей в морализаторских народных повествованиях раз тем и пугали, мол, "на том свете" их будут наказывать за то, что не оставили потомков. Отсутствие детей всегда трактовалась как трагедия: "С детьми дом — базар, без детей — кладбище".
Согласно народным мировоззрением, женщина должна рожать столько детей, "сколько Бог дал", поэтому к любому виду регулирования беременности (контрацепция, а тем более аборты) народная мораль относилась крайне отрицательно.
Кроме того, традиция всячески поощряла и поддерживала многодетность, о чем свидетельствует фольклор: "Один сын — не сын ли, два сына — пивсина, три сына — вот только сын", "Где Одинец — хозяйству конец, а где семь — счастье всем", "Одиночка — как вор, то пьяница", "даст Бог детки, даст и на детки" и другие.
И в бесплодии, и в "чрезмерной" беременности, когда многочисленных детей нечем было кормить, мужчины обвиняли женщин: "Как заведет мужчина с женщиной лаять ся из-за бедности и за из детей, то сейчас начнет человек винит женщину, что многие из детей,а их нет чем кормить: "Понапложувала их сякая такая дочка". Она-же сейчас и отвечает ему: "Разве я виновата, а ты разве не должен?" Вот и приходит к тому, кто виноват! Вмешайте ся и старые, как есть в доме, и почнет ся соревнование, кто виноват, что так часто младенцы рожают ся ".

"Настоящее бедствие"
С экономической точки зрения, иметь сыновей было выгоднее, чем дочерей: сын — продолжатель отцовского рода, приводил в семью дополнительные рабочие руки. Зато дочь шла в другую семью, к другому роду да еще и забирала с собой часть отцовского имущества — материзну.
В источниках зафиксировано такое отношение к полу ребенка: "Каждый хозяин очень недоволен, когда родится девочка. Когда сообщает священника, сразу можно узнать, что рожденное: когда хозяин веселый — это знак, что парень, а когда захмурений, а почухраесь в голову, то знак, что девушка (…) Для семьи в то время такое явление приравнивалось к настоящему бедствия, и, несмотря на богатство, отец, давая приданое своим дочерям, повторял: "Я себя семь раз зарезал. Нет ничего хуже, как сами девушки".
Не обошли эту тему и украинские поговорки: "Корми сына для себя, а дочь для людей"; "Дочь держи в дома, еще и заплати кому, взять беду из дома"; "Дети — чужая пользу, больше того дочка"; "Чтобы тебе дал Бог — или девушку, ребенка".
Правда, несмотря на экономической невыгодности дочерей, эмоционально их любили не меньше, чем сыновей, конечно: "Дочь — досрочный гость в доме, она должна выйти замуж, но пока она в отца-матери — ее берегут и лелеют, как возлюбленного, потому что никто не знает, какова ее судьба постигнет ".

Мальчик или девочка?
В украинском существовали определенные верования, связанные с зачатием ребенка, в том числе и желаемой мужского пола. Благоприятными для зачатия мальчика считали "мужские" дни — понедельник, вторник, четверг; "Женскими" были среда, пятница, воскресенье. Это связано с представлением об оппозиции между мужским и женским началами.
Верили, что мужском отвечает правое (правильное, нормативное), женском — левое (греховное), в связи с этим существовали и такие верования о зачатии сына: "когда женщина хочет иметь парня, держит мужа при сношении за правое яйцо (…) правый бок приносит ребят, так же при сношениях со стороны (…) приписывают также держать при сношении левую ногу короче, а будет парень ".
Существовало также убеждение, что не последнюю роль в зачатии ребенка играют предметы из мужской и женской символикой. Например, желая, чтобы родился мальчик, во время секса клали рядом мужские инструменты или шапку, если хотели рождения девочки — гребень или платок.
Кроме того, "в общих чертах думают, что пол ребенка зависить от страсти: кто пристраснийший, за тем и ребенок (…) Смеются время люди, говорят: что вот он ее больше любит, как дочь сами, или она его, как сами сыновья".

Беременную женщину называли "тягитною", "огридною", "пузатый", "тяжелой" и на ее действия накладывали ряд ограничений

основной инстинкт
На половые отношения накладывались и определенные ограничения. В свое время этнограф Петр Шекерик-Доника писал, что каждый мужчина и женщина, которые любят, если умные, то не «совокупляються" на большие годовые праздники и в воскресенье, а также перед ними и в ночь с праздника против будней. В это время нельзя быть с женщиной, потому что "если будет оплодотворена ребенка, то она будет калекой как наказание родителям".
Чтобы избежать или минимизировать возможность рождения "уродов", существовали запреты на половые сношения в так называемые «опасные» периоды. Такими считались прежде всего четыре годовые посты — Великий, Петровский, Успенский, Филипповский, постные дни — среда и пятница, большие церковные праздники, особенно двунадесятые, поминальные дни.
Мало того, эти запреты были очень строгие: верили, что кто во все пятницы соблюдал пост, но в одной из них совершил блуд,пусть даже с законной женой, то у них родится ребенок или мошенник, или вор, или разбойник, или глухая, или слепая, и всем плохом наставник. Кроме того, половые сношения "под пятницу" якобы угрожали бесплодием будущего ребенка, что могло очень мотивировать родителей сдерживать в этот день свои сексуальные потребности.

Смешные запрета
Беременную женщину называли "тягитною", "огридною", "пузатый", "тяжелой" и т.п., на ее действия накладывали ряд запретов и ограничений. Очевидно, что рациональное зерно в определенных ограничениях было, но несколько сегодня кажется просто нелепым. Вот для примера несколько таких "правил", которые записал в свое время на Харьковщине этнограф Петр Иванов. "Если беременная женщина что-нибудь уворует, то на теле младенца будет темное" родимой "пятно, по форме Украденное вещи. Также, если, испугавшись пожара, схватится за лицо рукой, на лицо ребенка будет родимой пятно … Беременная быть не должно на себя ничего зашил или пришивать к надеть платье, иначе у ребенка будет какой-либо из членов тела его пришить. НЕ должна толкать ногой кошек, собак, свиней, иначе у ребенка будут на теле нарывы ​​или спина болеть, Не должна переступать через веревку,иначе ребенок родится перевитый пуповиной; НЕ должна переступать через коромысло, если у ребенка, да и у нее самой будут на ногах нарывы. Не следует бросать дров под печку, а то сон бросит ребенка. НЕ должна по пятницам расчесывать у себя на голове волос, чтобы не страдать сильно при родах. НЕ должна по средам мыть головы, чтобы не прибавилось вшей ".

И в труде умереть
Несмотря на множество ограничений, беременные женщины много работали физически, и очередная беременность не была причиной сокращать или отменять эти нагрузки. Мало того, источники и рассказы женщин старшего возраста содержат отдельные свидетельства, что женщины часто еще и рожали в том месте, где работали: на огороде, в поле, лесу и тому подобное. "… Гуцульская челядь НЕ холеная, так и береминна женщина делает всякую обычную работу: кутал ся по хати, ухаживает за подою, закладывал ворнне, кладет сино и т. И .; только с природы на фоне женщина, как уже слышал ся на днях, кладет ся на постель, а кожда вторая вляже, где стоит, или при подою, или на полы, или при любом которой иньший работе, порой полезет на под чего, а оттуда подаст ребенка тай сама слезет; бывал и такое, что береминна возвращался с ярмарке матерные с ребенком на руках и с бесагами на плечах ".

Женщины тяжело работали и не могли покинуть работу, чтобы посвятить себя исключительно ребенку

Роды и кувалды
Родить ребенка самостоятельно, без посторонней помощи, физиологически женщина могла при условии, что организм здоров и роды несложные. Бывало и наоборот, когда женщины не могли разродиться, рожали трудно и долго, в муках. Бывало, женщины при родах умирали, "но успокаиваются: как смерть из этого, то пусть будет так. Некоторых то успокаивает то, что говорят, что смерть, с ребенком в рай введет".
Роль отца во время родов жены была пассивной. Мужчину выпроваживали из дома, мотивируя это тем, что "не положено видеть родил". Верили, что иначе это повредит человеку, а увиденные родильные субстраты (плацента, пуповина, кровь) даже могут быть опасными для него. Привлекали будущего отца к родовспомогательного деятельности только в отдельных, единичных случаях, например, когда нужна была физическая сила или же надо было кого-то позвать или куда сбегать, принять участие в специфическом обряде — лезть на чердак и кричать: "Иди сюда не медли!" . Этнографы зафиксировали и отголосок обычая "Кувада": когда женщина не могла разродиться, баба-повитуха звала ее мужа, который ложился рядом, стонал и имитировал боль. Считалось, что такие действия помогут роженицы быстрее разродиться.

Не мужское дело
Новорожденными младенцами занимались преимущественно женщины: мать, бабушка, сестра и др. Мужчины, как правило, держались от младенцев стороне: "Наиболее круг ребенка ходит сама мать, это первая и найсправниша няня. Как только ребенок найдется, то, конечно, нянчить ее бабушка, а как мать пиддужае, то сама уже возле нее увивается. Подсобляют ей, как в семье, ее мать, свекровь, или там женщина, а то то и старшие дети или служанка (это очень, очень редко). а то все иметь. Моет, купает, пеленает, колышет, кормит, утешается, ухаживает, (…) Отец редкий присмотрит к своему ребенку: уже только тогда ней интересует ся, как она станет несколько уме ".
Отстраненность отца от ухода за младенцем объясняется не столько его равнодушием к собственному ребенку, а четким разделением в обществе работы на "мужскую" и "женскую", где "нянчить" детей было чисто женским делом. Чтобы не казаться "бабой", мужчины могли публично стыдиться радовать маленьких детей и при этом в душе их искренне любить: "Умерла в Γ-ка ребенок, а он очень плакал за ним. Никогда ничего и не думал никто, чтобы Г-ко так плакал очень. Бывало, пока не станет ребенок уже сьмиять ся, или сидит, то никогда ничего и не заглянет он к ней.Вплоть одвернеть ся было, как нарочно поднимая, чтобы повеселиться своим ребенком. Будто даже брезговал он или стыдился своего ребенка. А как умерло, то так плакал, что даже поп на его погрозил ".

"Иоанна сына кормить …"
Женщины много и тяжело работали с утра до ночи и не могли покинуть работу, чтобы посвятить себя исключительно ребенку. Поэтому этнографические записи изобилуют свидетельствами о том, как женщины везде брали с собой младенцев — в поле, в лес и т.д.: "… Молча надела коробку с ребенком на спину и уйдет в лаптях по колено в грязи и болтается себе и ребенок на плечах, перед себя коробка с грибами или ягодами это и клюква (клюква) "насьпели" надо збираты, потому что люди "наберут" и не оглянешься и когда "; "Как берут в поле таких из детей, то уже обходят ся без коляски, оно себе сидит, и хотя и поплачет, то его забавлять, накормят, да заснет. Что в поле делают, то так и с ним приспособлюються: как жнут, то под снопом его сажают, или и холодок ему делают, как косят сино, то под копной его сажают или под деревом ".
И брать с собой детей на дальнее расстояние родителям не всегда хотелось и моглось, поэтому иногда младших детей оставляли со старшими: "Как что, то и дома бросают с другими детьми.В таких случаях, как забавляют никак, и оно плачет очень, то носят его к соседской матери, а как ничего, то уж на поле в своей или в луг, где она делает ".

Детей привлекали к работе чуть ли не с самого детства

Без соски, но на водке
Постоянная занятость в хозяйстве заставляла матерей рано прекращать грудное вскармливание и искать ему заменители, которые, мягко говоря, вряд ли подходили для детского желудка и часто приводили к детской смертности: "… делают бедной дитиночци такую ​​куклу или мозючок. Как кормят куклой, то ее делают так: в белую тряпочку положит пожеванный своим ртом хлеба, а как где, то хлеба, или пряника, и пересыплю его толченым сахаром, чтобы хорошенько было, да завяжет в узел в той холстике. Тогда дает ребенку Смоктий эту куклу, сама придерживая г. укою круг ее рта, чтобы не втянуло в горло куклы но не подавился ".
Малыши, как бы там грубо сейчас это звучит, часто были бременем для постоянно занятых в хозяйстве матерей, и необходимость работать non-stop заставляла их применять определенные "успокаивающие" средства для младенцев, которые, так же как и "соськы", были не просто вредными, но и опасными для здоровья,развития и жизни детей: "Бывают такие матери, или через хозяйство, или из-за того, что и С запросом хочеть ся, или погулять, то вот какие выдумали замеры. Возьмут и лобик и смоют водкой: дитя упеть ся и спит сердечных. А то мака или и самого мак наварят и головку смоют ему. Вот оно после цего уснет и даст время сделает что, или погулять где (…) А как уже поболе из детей, то и поят водкой или маком зимятим в молоко … "

недетская работа
Детей привлекали к работе чуть ли не с самого детства. Как правило, лет пяти-семи дети уже самостоятельно выполняли хозяйственные или бытовые работы, определенному возрасту ребенка соответствовало конкретное занятие. Учитывая разделение труда на мужскую и женскую сыновей чаще всего привлекали к выпаса птицы и скота. "Карьера" пастуха начиналась с выпаса гусей, потом были свиньи, далее — телята; старшие дети, уже после 10 лет, пасли коров, а ребята в подростковом возрасте — лошадей и волов. Ребенка пяти-шести лет называли "гусиный (свиной) пастух", шести-семи — "телячий", восьми-десяти лет — "овечий пастух".
Девочкам поручали, как правило, ухаживать маленьких детей, подметать дом, убирать посуду и тому подобное.Девочек-подростков постепенно учили главного женского занятия — шитье и вышивание. Существовали виды работ, к которым одинаково привлекали детей обоих полов, например сбора грибов и ягод.
В семейном воспитании ребенка важна была преемственность профессиональных знаний, обучение промыслов и ремесел. Если отец был бондарем, он старался передать сыну все секреты Бондарская ремесла. Если кузнецом — учил кузнечного, пчеловодом — пчеловодства и др.
Кроме работы в собственном хозяйстве, родители могли отдавать детей внаем за деньги или натуральные продукты. Батрачество практиковали преимущественно в бедных крестьянских семьях, оно почти всегда связано с недолей, нищетой, неволей, бедностью. Тогдашние этические нормы позволяли отдавать ребенка в наем, если ей исполнилось восемь-девять лет. Дети, проживая в неродном семьи и выполняя разную домашнюю или сельскохозяйственную работу, как правило, денежное вознаграждение не получали. По расчет считалось содержание и питание ребенка хозяйским счет.

Новорожденного ребенка клали к ногам матери, чтобы символически запрограммировать ее покорность родителям

Только на вы
С детства детей учили уважения к старшим, особенно родителей — отца и матери, которые должны бесспорный авторитет. Даже в обряде семей существовала традиция после завязывания пупа класть ребенка к ногам матери, чтобы символически запрограммировать ее покорность родителям.
Традиционно дети обращались к родителям на "Вы", употребляя так называемую "множественную достоинство". К тому же "Вы" дети говорили не только родным родителям, крестным, дед / бабе, дяде / тете, а иногда и старшим братьям и сестрам. "Ты" было недопустимым и выражало бы неуважение. Кроме традиционных обращений к родителям "отцу", "мама", в украинском языке широко бытовали слова "папа" и "мамочка", а также региональные обращения к отцу "батько" (Закарпатье), "гедзьо", "Лель" (Галичина) . Поэтому обязательное употребление местоимения "Вы" показывало не только уважительное, но и иерархическое отношение младших к старшим.
Авторитет родителей проявлялся в их слове, прежде всего благословением или проклятием. Оба считались имеющими особую силу и выполняют защитную или сокрушительную функцию. Скажем, без родительского благословения брак не признавался обществом и считался нелегитимным.Не потому в свадебном обряде столько шанувальних и величальных слов, поклонов, целование рук при обращении к родителям на свадьбе. Итак, кроме этических и моральных принципов, родительское слово имело еще и юридический характер.

Как же хорошо, украиночки, что мы живем в наше время, а не двести лет назад) Пользуемся множеством благ. Сегодня каждая пара может выбрать удобный для себя период для отцовства или отложить его, учитывая свои материальные блага, мировоззренческие ориентиры, карьерные перспективы и тому подобное. Также сейчас в семье есть возможность регулировать количество желаемых (!) Детей, опять же учитывая свои приоритеты и возможности. У детей есть детство, подавляющее большинство из них испытывают уход и внимание родителей, как со стороны матери, так и со стороны отца. Маленьких детей уже давно не привлекают к тяжелому физическому труду. Мы счастливы женщины)

Смотрите видео: Аминка ВСЕ ПОРТИТ? Камиль НЕ ХОЧЕТ Плавать в БАССЕЙНЕ! Для детей kids children

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть